Барна варна норвегия. Барневарн и "защита детей" в норвегии

Достаточно состоятельная москвичка (специалист по проектированию зданий из бетона) вышла замуж по любви за гражданина Норвегии, у них родился ребенок, первые 9 месяцев она с ребенком прожила в Москве, потом по многочисленным просьбам мужа переехала к нему в Норвегию. Потом ей пришлось оттуда сбежать:
-----
Даже то, что приходя домой с улицы я мыла руки, мой свекр, который этого без надобности обычно не делал, критиковал это как остаточное влияние идеологии СССР, как пережиток нашего советского прошлого. Говорил, что таким образом проявлялась диктатура и стремление держать советских граждан под колпаком (и это при том, что все они живут по "системе", которая преподносится им как "закон жизни"!).

Свекр поделился, что только два года назад во время вспышки "свиного гриппа" они узнали, что не стоит чихать и кашлять на окружающих людей. Таковы были рекомендации норвежского здравоохранения в период эпидемии. До этого времени они понятия не имели о таких элементарных вещах, которые знает любой наш школьник. Наверно, наш уважаемый Геннадий Онищенко пришел бы в ужас от их норм гигиены или даже от отсутствия таковых.

Муж очень стеснялся меня, если в присутствии его друзей я мыла упавшую на пол или на землю соску ребенка. Предлагал по примеру его знакомых лишить нашего 10-месячного ребенка дневного сна, к которому тот привык и в котором нуждался по возрасту, с тем, чтобы малыш уже в 6-7 вечера отправлялся спать до утра и не мешал планам родителей. Одобрял перевод ребенка с 7 месяцев в отдельную от родителей спальню, чтобы тот привыкал спать один. Прогулки с ребенком после 8 вечера муж запрещал, мотивируя это тем, что этим может заинтересоваться служба опеки "Барневарн". Встретить после 8 вечера семейную пару с ребенком, действительно, было невозможно. (Далее поясняется, что за это ребенка отбирают)

Мы стали ссориться, т.к. муж не одобрял даже элементарную гигиену. При поддержке своих родственников, среди которых и его родная сестра-медсестра, критиковал то, что я грею еду для 10-месячного ребенка из холодильника, мою ему руки перед едой, одеваю ребенка теплее местных детей на улице, которые при +15 были оголены до маек и носок и гуляли так с явными признаками простуды. Стоило мне одеть ребенка по своему усмотрению и доверить прогулку с ним мужу или его родителям, как за моей спиной ребенка раздевали, несмотря на то, что ребенок приехал из средней полосы России и не был ещё адаптирован к влажному, ветреному и холодному климату в местности, где 300 дней в году идёт дождь.

Был случай, когда свекор и свекровь не позволили мне одеть на шею ребенка в ветреную и прохладную погоду даже легкий шарф. Они просто выхватили ребенка у меня из рук и унесли на улицу.
Вскоре, после приезда, нам пришлось посетить детскую поликлинику, чтоб поставить ребенка на учет. На приеме у медсестры в детской поликлинике муж в жалобной форме рассказал, что я мою игрушки ребенка и время от времени пол в квартире, на что медсестра посоветовала мне обратиться к их психологу на основании того, что у меня есть "проблемы с боязнью микробов". На что муж, сам напуганный таким радикальным подходом, поспешил уверить медсестру, что я нормальная и помощь психолога мне не требуется. Хотя я всего лишь следовала общепринятым в России нормам гигиены и рекомендациям российских врачей-педиатров.

Супруг и его родители настаивали на использовании подгузников как минимум до 3-летнего возраста на основании того, что так предусмотрено "Системой", по которой они все живут и воспитывают детей. В дальнейшем это слово не раз звучало из их уст. Для меня это было дико, т.к. в России, конечно, принято прислушиваться к мнению врачей, но никто не обязывает мать неукоснительно следовать каким-то предписаниям свыше, не иметь своего мнения и права заботиться о ребенке так, как она считает нужным. Позже я узнала, чем грозит матери-иммигрантке "неследование" советам работников детской поликлиники и отклонение от общепринятого образа жизни в соответствии с этой "Системой".

Муж стал давать мне советы как вести себя, чтобы нами не заинтересовалась "Барневарн", а именно - не гулять с ребенком после 8 вечера, несмотря на то, что в Норвегии безопасно и светлое время суток в летнее время длится до полуночи; когда я кормлю ребенка на кухне, зашторивать окна, чтобы соседи из окон дома напротив не видели это и не узрели в том, как я кормлю ребенка, что-то "неправильное" и не заявили в "Барневарн"; не менять подгузник ребенку, не задернув шторы, т.к. наш малыш не любит подгузники, кричит и увертывается и его нежелание соседи напротив или живущие через стенку могли расценить это как моё насилие над ним.

Я стала бояться находиться в квартире без опущенных жалюзи, кормить ребенка у окна, старалась как можно скорее выйти на прогулку с ребенком, чтобы его нетерпеливые крики не заинтересовали соседей.

Муж также поделился, что шлепок по попе ребенка на улице обязательно влечет за собой жалобу любого заметившего это в "Барневарн" и 100% изъятие ребенка из семьи. В Норвегии это равноценно избиению детей. Любые слова родителей, рассерженных плохим поведением своего ребенка, часто вырванные из контекста и переданные в детском саду или школе самим ребенком, приравниваются к угрозе.

Муж рассказал, как "Барневарн" отобрала дочь у африканской женщины, которая сказала той "я убью тебя", если та не будет слушаться. То, что мать сказала это несерьёзно и в порыве гнева, во внимание не принималось. В Норвегии нельзя кричать на детей и применять к ним иные методы воспитания, кроме одобренных "Барневарн". Со списком даже можно ознакомиться на курсах, организованных службой опеки.

Соседи из смежной квартиры подали на нас жалобу за то, что мы держим коляску в общем коридоре, хотя правилами, подписанными всеми жильцами дома, это не запрещалось, а в просторном коридоре было места, более чем достаточно. Поведение соседей после нашего с ребенком переезда, особенно после их жалобы, сильно изменилось - они перестали здороваться и вели себя подчеркнуто безразлично.

У ребенка резались зубы, он часто капризничал, плакал. Всё это, по словам мужа, могло стать поводом для соседей обратиться в "Барневарн" с подозрением, что мы плохо обращаемся с ребенком.

По его словам, бывают случаи обращения в "Барневарн", когда соседи недовольны друг другом или кто-то хочет кому-то отомстить. Ведь такой жестокий приём мщения очень эффективен - он отнимает у людей самое дорогое - их детей.

Принцип таков, что сначала ребенка у родителей отбирают, и только потом начинают разбираться, справедлив ли донос. Достаточно анонимного звонка, письма, обращения в "Барневарн" воспитателя детского сада, школьной учительницы, медсестры из детской поликлиники.

Я стала изучать информацию о действиях "Барневарн" в Интернете и обнаружила, что Норвегия занимает 2 место в мире по числу пострадавших от этого россиян. На первом месте Финляндия. В категории детей, родившихся в Норвегии от родителей-иммигрантов, Россия опережает всех.

Всего на 1 января 2010г. под соцпатронатом "Барневарн" находилось свыше 5000 детей, рожденных от родителей, один из которых или оба были русскими.

С начала 2012г. в международную организацию "Русские матери" с криком о помощи обратилось уже 12 русских семей, у которых отняли 17 детей.

"Барневарн" - организация, не подчиняющаяся никакой другой инстанции. Её работа не определяется никаким законом. Работники "Барневарн" принимают свои собственные решения. Даже суд не вправе оспорить решение службы опеки. Все дела по опеке тщательно скрываются от общественности - под предлогом возможного вреда для ребенка. Всё, что выплывает наружу, происходит либо в процессе скандала, либо благодаря вмешательству правозащитников пострадавшей стороны.

Как я уже писала, если ребенок простужен, у него высокая температура, в России вызывают врача или скорую и лечат. В Норвегии не спешат лечить ребенка от простуды, считают, что "само пройдёт". Что такое народная медицина, там попросту не знают. Поэтому стремление по их мнению "залечить" ребенка здесь тоже может стать поводом для обращения в "Барневарн".

Использование детского труда (как-то даже элементарная помощь по дому) здесь также может быть расценено как нарушение прав ребенка. Муж и его родители были шокированы и строго осудили мой рассказ о том, что российские школьники сами убирают класс, раз в месяц участвуют в генеральной уборке в школе, а то и в уборке школьной территории.

В Норвегии принято посещение детского сада начиная с возраста 1 год. На этом настаивают и в поликлинике и в органах опеки. Отпуск по беременности и родам и уходу за ребенком у женщин Норвегии длится 1 месяц до родов и 12 месяцев после рождения ребенка. При этом ей ежемесячно выплачивается её 100% зарплата. По истечении 9-ти месяцев после рождения ребенка на место матери в течение 3-х месяцев может заступить отец также с сохранением полного заработка.

При отсутствии у отца такого желания ребенок отправляется в детский сад с 9-ти месячного возраста.
Если ребенок с года не посещает детский сад и воспитывается дома, то рекомендуется посещение "открытого детского сада", где мать присматривает за своим ребенком сама.
Непосещение детского сада может стать поводом для пристального внимания службы опеки.
По нашей с мужем договоренности ещё до рождения ребенка я собиралась находиться с сыном дома до достижении того 3-летнего возраста. Муж знал, что в России отпуск по уходу за ребенком может достигать 3-х лет, и не высказывал возражений.

Не оставляя надежды переубедить меня, муж приводил примеры своих друзей, которые успешно изменили режим 7-месячного ребенка, лишив его сна в течение дня, с тем, чтобы он привыкал не спать в детском саду и крепче спал ночью, давая возможность выспаться родителям, а также приветствовал то, что они оставляли своего ребенка в детском саду на несколько часов в день, тренируя его привычку оставаться без матери.
В норвежских детских садах для детей в возрасте с 3-х лет дневной сон не предусмотрен вовсе. До 3-летнего возраста дневной сон в детском саду нежелателен!

Меня категорически не устраивал уже упомянутый выше рацион (в детском меню горячее питание предусмотрено только 1 раз в неделю, а всё остальное время это только бутерброды, которые в некоторых детских садах родители сами дают детям с собой), то, что в детском саду дети гуляют в любую погоду и почти насильственное внедрение подгузников, даже если ребенок уже приучен к туалету. Муж также расхваливал детские сады, где дети почти каждый день отправляются в поход, также при любой погоде.

Свой отказ я аргументировала тем, что посещение детского сада в столь раннем возрасте может быть связано с риском ряда типичных для этого возраста детских заболеваний, и тем, что в возрасте года ребенку не нужна скорейшая социализация. Согласно мнению наших психологов, в этом возрасте ребенку вполне достаточно общества родителей и игр с ними.

Но муж продолжал настаивать, а позже рассказал, что, несмотря на мои возражения, свекровь уже связалась с местным "открытым детским садом" и оставила заявку.

Возможно, в этом прослеживалось не только желание навязать мне новый образ жизни, но и стремление защитить меня от вероятного внимания "Барневарн".

Позже я стала понимать, что мои "российские традиции" заботы и воспитания ребенка, действительно, могли привлечь интерес администрации детского сада и службы опеки.

В Норвегии люди много и часто улыбаются. Таким образом демонстрируется положительный настрой и благополучие. Таковы нормы западного менталитета. Отсутствие улыбки у матери может трактоваться как "депрессия", за чем последует вмешательство службы опеки, т.к. депрессия нуждается в медикаментозном лечении, а, следственно, мать не способна заботиться о ребенке. Муж сам рассказывал, что медперсонал детской поликлиники предлагает помощь психолога молодым матерям, которые "выглядят устало" и, значит, не могут дать ребенку полноценного внимания и ухода. Согласно норвежской ментальности, мать не должна быть усталой, она должна отдыхать и высыпаться во что бы то ни стало, чтобы быть в хорошей форме, какими бы трудными ни были первые месяцы после рождения ребенка. Самопожертвование матерей, распространенное в России, в Норвегии - дикость, особенно после приобретшей огромный размах эмансипации женщин, борющихся за свои права.

Современные молодые матери продолжают жить почти такой же активной общественной жизнью, как и до беременности и родов. Я вспомнила случай во время пребывания в доме родителей мужа, когда на вопрос свекра, хорошо ли я спала, я ответила, что сон ребенка был очень беспокойным (у сына резались зубы), он ворочался в своей кроватке и я почти не сомкнула глаз, и свекр заметил: "Но ведь он спал же?".

Если ребенок отличается от своих сверстников, то также может вмешаться служба опеки, задача которой - формирование ребенка в раннем возрасте, что сделать намного легче, чем когда он подросток. Как я уже писала, основания для жалобы - любые, и сделать это может каждый - медсестра в детской поликлинике, воспитатель детского сада, учитель, знакомый, сосед, коллега по работе, с которым родители неосторожно поделились подробностями семейной жизни, любой недоброжелатель. Матери-одиночки и многодетные матери привлекают внимание в первую очередь, т.к. часто выглядят "усталыми".

"Барневарн" вызывает родителей или наносится неожиданный визит домой. Супруг предупреждал меня, что если дверь не открывать, это может быть воспринято как сопротивление. Начинаются проверки на дому, в детском саду, школе, работники службы опеки помещают ребенка под полный контроль с целью выявить недостатки заботы и воспитания со стороны родителей. Это занимает от недель до нескольких месяцев до установления таковых. Службы опеки также может обязать родителей посещать специальные курсы, обучающие родителей лучше понимать своих детей, или навязать "воспитательные советы". Отказ от советов воспринимается как сопротивление и тоже может привести к потере ребенка.

Работа в "Барневарн" хорошо оплачивается, его сотрудники очень исполнительны, старательны и дотошны.
Министерство по делам семьи, детства и социальным вопросам Норвегии предложило правительству ввести в стране новые критерии для оценки благополучия детей.

Биологические родители больше не должны иметь приоритета в воспитании своих собственных детей. Все дети, рожденные в Норвегии или привезённые в неё, не принадлежат своим родителям, а являются собственностью государства.
В Норвегии права каждой матери разделены на 2 категории - право называться "биологическим производителем" своего ребенка и право на на проживание вместе с ним. Что не всегда совпадает. Это крайне противоречило моим представлениям о материнстве и моему российскому менталитету.

Я поделилась с мужем найденной мной информацией со ссылкой на сайт норвежской полиции, что в Норвегии на общее количестве жителей 4,5 миллиона человек приходится 40 тысяч педофилов. Судя по реакции мужа, это не было для него новостью. Мой вопрос явно застал его врасплох.

Я вспомнила приём у детской медсестры и её советы обратиться к психологу, и спросила у мужа, не может ли это стать поводом для пристального внимания службы опеки к нашей семье. Ведь именно так начиналось большинство подобных дел. Обыкновенное соблюдение гигиены в уходе за ребенком, принятое в России, могло быть расценено как сумасшествие. Мне было жаль, что в Норвегии нет такой передачи по ТВ (как у нас «Жить здорово» с Еленой Малышевой и т.п.), где нормы гигиены призваны на помощь сохранения здоровья населения.

Супруг поделился интересными фактами.

Среди ожидающих далеко не только бездетные пары. Часто в службу опеки обращаются и желающие поправить своё благосостояние. Опекун вместе с ребенком получает в придачу привлекательное пособие, которое выплачивается вместе с зарплатой, и существенные суммы на нужды ребенка - одежду и питание. Многие новоиспеченные опекуны бросают работу, ведь на эти деньги в Норвегии можно не работать. К тому же опекун освобождается от уплаты многих налогов, в том числе подоходного, который в Норвегии достигает 50%.

В те дни на норвежском ТВ и в прессе разгорелся скандал вокруг индийской пары в норвежском городе Ставангер, у которой "Барневарн" изъяла 2 детей, среди которых был 4-месячный младенец. Муж регулярно рассказывал мне новости, связанные с этой историей. Поведал он и о причинах изъятия детей, преподносимых в норвежских СМИ - женщина была намного моложе своего мужа, вышла замуж не по любви, страдала бездельем и кормила своего сына только йогуртом и рисом и вообще преподносилась как темная особа из неблагополучной, по их мнению, Индии, откуда эта пара и уехала жить в Норвегию.

В российских СМИ эту историю тоже не обошли стороной, только информации было побольше: оба пострадавших от "Барневарн" индийских родителя были геологами, специалистами высокого класса, работавшими в Норвегии по контракту. Супруга и мать имела степень MBA. Оба происходили из благородных семей, а описанные причины для изъятия детей были и вовсе абсурдны: мать кормила новорожденную дочь по требованию, а не по часам; меняла подгузники на кровати, а не на пеленальном столике; дети спали с родителями в одной кровати; трехлетний сын не выглядел счастливым, попав в детский сад, а грустно сидел в стороне от других детей; мать кормила детей с руки, а не ложкой. Этот перечень вызвал во мне недоумение, т.к. живя уже какое-то время в Норвегии и ознакомившись с образом жизни местных норвежцев, а также по рассказам мужа я знала, что норвежцы делают всё вышеперечисленное, а что касается кормления с рук, то на этом настаивали и часто практиковали с нашим ребенком моя свекровь и муж.

В глазах норвежцев Россия - страна крайне криминальная и неблагополучная, в России царит отсутствие свобод, демократии и справедливости. Слова "преступность", "коррупция", "мафия", "нарушение прав человека" чаще всего можно встретить в разговоре норвежцев о России. В таком духе образ России преподносится в норвежских СМИ.
Норвежцы верят, что россияне живут за чертой нищеты. Коллеги мужа были удивлены красивой и качественной одеждой, подаренной мной ему, и говорили, что те факты, что я делаю ему такие подарки и имею возможность ездить за рубеж, говорят о моей принадлежности к русской мафии. Друзья мужа верят, что россияне стоят в огромных очередях за хлебом по карточкам. Муж был поражён изобилием и качеством российских продуктов и делал фотографии в гипермаркете, сетуя на то, что они обделены таким выбором в Норвегии, где скудность ассортимента продуктов есть результат монополии.

В Норвегии не принято дошкольное развитие детей. Свекр и свекровь не переставали удивляться, каким взрослым и развитым выглядит поведение нашего сына, они говорили, что никогда не видели таких детей, что казалось мне странным. Русские дети уникальны и талантливы, они выделяются на фоне детей, растущих в обществе, где люди в основной массе стремятся быть похожими друг на друга, "жить как все" и боятся выделяться из социума.
Вообще создаётся впечатление, что дети рассматриваются как некий «винтик» в системе. В них вкладываются государственные деньги (на образование, всевозможные пособия) и от них ожидаются отдача и окупаемость в будущем. Муж говорил, как много в стране пенсионеров, а достойные пенсии будущих поколений под вопросом. Ведь каждый ребенок – будущий налогоплательщик.

В начале июля муж убедил меня всей семьёй переехать в дом его родителей, удалённый от города, объясняя это тем, что мне необходимы помощь и возможность отдыха от каждодневных забот. Позже мне стало ясно, что основной целью являлось желание контролировать то, как я кормлю и забочусь о ребенке, с тем, чтобы под руководством свекрови как можно скорее склонить меня к принятию норвежской "системы".
Практически сразу после переезда начались разногласия в этом вопросе. Супруг настаивал на прогулках с ребенком в дождливую и очень ветреную, на грани с штормом, погоду. Аргументом служило то, что местные дети должны гулять в любую погоду (мороз, снег с дождём, сильный ветер), главное, чтобы у ребенка была "соответствующая одежда для дождя". Ведь такого же принципа придерживаются и в детских садах. То, что по этой причине дети часто заболевают и вынуждены пропускать посещение детского сада, никого не волнует. В Норвегии принято закалять детей.

Все мои просьбы освободить или защитить комнату, где играл ребенок, от острых и просто опасных для его здоровья и жизни предметов, как то гранитная основание камина с острыми краями, на которое то и дело норовился забраться наш сын, который ползал, только-только учился ходить и поэтому часто падал, были встречены с недоумением. Ответом послужило объяснение, что испытывая боль, дети должны "учиться". В Норвегии не принято что-то запрещать детям (кроме конфет в будние дни). Это расценивается как ограничение их свободы. Понадобилось полчаса, чтобы убедить мужа прислушаться ко мне.
Мне особо запомнились два случая. Находясь у нас в гостях, сестра мужа, медик, пыталась запретить мне промыть рану на голове у нашего сына, который, будучи под её присмотром и моего мужа, получил её, ударившись об острую деталь мебели. Моё желание промыть и продезинфицировать рану было встречено с недовольством, как будто я усомнилась в её профессиональной компетентности. Как мать я не имела право на собственное мнение.

Когда на следующий день после того, как заболел наш сын, к нам в гости приехали родители мужа, я попросила их не тревожить сон ребенка, которому стало немного лучше после высокой температуры. Они громко разговаривали и шумели и разбудили сына. Свекр объяснил мне, что дети должны приучаться спать при любом шуме с тем, чтобы не мешать родителям вести привычный образ жизни (позже таким же мнением поделился и сотрудник мужа, гордившийся тем, что его ребенок мог спать при включенном телевизоре.)

Мой муж горячо поддерживал такую точку зрения. Несмотря на мои просьбы, свекр и свекровь очень шумно и активно играли с больным ребенком, которому был показан покой и отдых (так рекомендовала врач в коммерческой клинике, куда мы обратились), и который перевозбудился настолько, что у него снова поднялась повышенная температура, он отказывался от еды, плакал и не мог заснуть. Мои тревоги за состояние сына только насмешили свекра, он говорил: "Ничего, поест и поспит потом". Когда я поделилась с ним, что уже несколько дней после нашего приезда в Норвегию ребенок страдает расстройством кишечника и причиной может быть кишечная инфекция, свекр ответил, что незачем волноваться, ведь ребенок выглядит нормально. На моё замечание, что у нас в России принято обращаться с этим тревожным фактором к врачу, он довольно жестко сказал, что теперь я больше не в России, я в Норвегии. Кстати, на ту же жалобу в детской поликлинике медсестра ответила уже привычной для меня фразой: "У детей это бывает, само пройдёт".

В Норвегии принято поить детей, в том числе и в возрасте до 1 года, холодным молоком или соком прямо из холодильника, как будто про риск ангины при этом здесь даже не слышали.

После того, как стало заканчиваться закупленное в России детское питание, к которому привык ребенок (детское питание в местных супермаркетах, соответствующее возрасту ребенка, в отличие от сделанного в России, почти не содержало мяса и ребенку не нравилось, да и выбор его был невелик, хотя перед переездом муж убеждал меня, что ассортимент очень обширен) свекровь и муж стали снова стали приучать его к рациону норвежского детского сада - бутерброды с паштетом из свиной печени, консервами из макрели в томатном соусе и сладким "сыром", спредом, по вкусу и составу показавшимся мне варёной сгущёнкой. В последнем содержалось 8% сахара, что совсем нежелательно для младенческого организма.

Повторяя слова медсестры, муж настаивал, что ребенку нужен "жир". Мои попытки обратить внимания мужа на статьи педиатров, пользующихся международным признанием и уважением, где говорилось, что детям, а тем более грудного возраста, жир не нужен и даже вреден, были встречены отрицательно. Муж и свекровь перекармливали ребенка сливочным маслом, переработать которое его ещё неразвитая для его возраста печень не могла.

Я стала замечать у ребенка признаки гастрита - желтое нёбо и налёт на языке, потеря аппетита, плохой сон.
Был случай, когда с целью не дать мне вмешаться в процесс кормления ребенка, свекровь повышала голос и пыталась принудить меня покинуть кухню, где мой муж кормил ребенка хлебом с «сыром», подозрительно напоминающим варёную сгущёнку.

Однажды, заметив, что муж дал ребенку красное яблоко, я предупредила его о риске аллергии и предложила давать сыну только зеленые яблоки, сок из которых он привык пить. Муж не прислушался к моим словам. На другой день тело сына покрылось красной сыпью. Несмотря на мои возражения в доме родителей мужа продолжали давать ребенку красные яблоки, а сыпи становилось всё больше. Пришлось обратиться к врачу, который подтвердил причины аллергии. Мне было обидно, что меня не только не считают компетентной в вопросах кормления сына, но и вообще не принимали во внимание.
Моё несогласие с такими методами питания игнорировалось. Или я слышала от мужа заученную им фразу: "Моя мама 20 лет проработала в детском саду, она - профессионал. Дети в Норвегии растут на этом питании". Замечу, что никакого педагогического образования для работы с детьми дошкольного возраста у свекрови нет. По словам мужа - только курсы. Такова половина воспитателей в детских садах в Норвегии.

Когда по приезду в Россию я поделилась навязываемым ребенку рационом с его детским врачом, он был поражён, т.к. слышал об этом впервые.
Спустя несколько дней после переезда к его родителям сильно обострилось наше с мужем несогласие по поводу кормления и заботы о ребенке.

И если раньше причиной для изъятия детей являлось физическое насилие, то в настоящем используются любые поводы, от "эмоционального насилия" или его возможности до самых пустяковых и абсурдных: слишком много или слишком мало игрушек, грустный взгляд у ребенка, ребенок отводит глаза в разговоре со взрослыми, ребенок "как-то не так" смотрит на мать, мама не дала сладкого перед обедом и т.д.

Короче, по данной ссылке очень много текста, разбитого на 6 частей.

Государство забрало у Татьяны Бендикене трех детей — 13-летнюю Эвелину, пятилетнюю Эмилию и трехлетнюю Элизу — после доноса подруги старшей дочери. Поссорившись с Эвелиной, девочка отправилась в полицию и заявила, что русские плохо воспитывают своих детей. Татьяна боролась за своих детей и , доказав, что девочка, написавшая донос, мягко говоря, фантазерка. Несколько месяцев дети Татьяны вынуждены были жить в приемных семьях.

Татьяна Бендикене : «Я пыталась найти через Интернет, кому отдают моих детей, и наткнулась на фотографии приемной матери. Там были подписи, что она не прочь и с мужчинами, и с женщинами. Короче, бисексуалка. Странно, что исключительно русских детей отдают в гомосексуальные семьи…».

Решение пожить в Норвегии Татьяна сейчас вспоминает как самую страшную ошибку в своей жизни. Сейчас двухэтажный дом в Осло выставлен на продажу, а женщина с дочерями ютится у бабушки с дедушкой в малогабаритной квартире. Но даже такие условия для них — счастье.

Норвегия — благополучная страна, которая давно забыла, что такое голод и война. Пожалуй, единственная по-настоящему серьезная проблема, которую осталось решить местным властям, — это демографический спад. К делу подошли со всей нордической серьезностью: группа ученых изучила ситуацию и опубликовала доклад, согласно которому в наше время «биологическая семья» уже не имеет того влияния на формирование психики, как раньше. Из этого норвежские чиновники сделали парадоксальный вывод: государство вправе само решить, кто должен воспитывать ребенка.

Приезжающие в Норвегию русские даже не подозревают, что простое правило «быть как все» может оказаться для них невыполнимым. Что это значит на практике, родители понимают, только отдав своего ребенка в детский сад. Если малыш выделяется из общей серой массы непоседливостью или, наоборот, излишней стеснительностью, его автоматически ставят на учет в спецслужбу по контролю за детьми — Барневарн. Это значит, что в любое время в гости могут прийти агенты, чтобы забрать ребенка в детдом.

Службе Барневарн не нужно постановление суда, чтобы отобрать ребенка у родителей. Работники сами решают, кто достоин быть матерью, а кто нет. При этом требования к приемным папе и маме гораздо мягче, чем к родным. А если так называемые адаптационные родители еще и гомосексуалисты — это огромный плюс. Дело в том, что в большинстве случаев изъятых малышей передают именно в бездетные семьи. Считается, что таким образом выполняется сразу две задачи: спасение детей и пополнение общества новой здоровой ячейкой. Естественно, гомосексуальные пары чаще попадают в этот список, потому что для них это единственный способ получить ребенка.

Кто объявил охоту на детей из русскоязычных семей в толерантной Европе? Какое наказание грозит матери в Норвегии за то, что она общается с ребенком на родном языке? И как западные соцработники делают состояние на многодетных иммигрантах из России? Смотрите в фильме «Маленькие заложники большой политики» из цикла « ».

selenadia wrote in April 11th, 2012

Оригинал взят у ochanka в Норвегия. Barnevernet. Нашим органам опеки и не снилось...

Орган ювенальной юстиции - Barnevernet, творит в стране страшные вещи.
Статистика свидетельствует -
150 детей и больше тысячи родителей между 1990 и 2002 годом свели счёты с жизнью из-за barnevernet.

Для такой маленькой страны как Норвегия цифры очень большие.

Организация эта совершенно бесконтрольная. Сама издает себе законы и права. Надстроена “над полицией”.
Обжаловать действия этой организации негде, у них нет даже централизованной администрации.
Достаточным основанием к заведению дел против семьи у них являются простые анонимки.
Все бы еще ничего, если бы после проведения полного обследования обстоятельств дел семьи, подозреваемой в неблагополучии, и неподтверждения надуманных обвинений на основании таких анонимок дела закрывались.

Тем не менее, на практике ни одно однажды открытое дело против ребенка не закрывается до его совершеннолетия,
даже несмотря на возникающее противоречие с красиво составленым законом Barnevernslov.
Закрываются лишь расследования дел.
Зачастую родителям не дают право даже знать, на основании чего дела держатся открытыми.

1. скончалась мать одноклассника моего ребенка, не пережившая того, что Barnevernet лишила ее родительских прав
(в течение полугода после случившегося).
2. Дело на моего ребенка было открыто даже не на основании какого-нибудь, упаси Бог, насилия или другого неблагополучия в семье: достаточно было обвинений якобы в частом посещении
нашего дома “люксус билями и люксус мотоциклами”, в частом отсутствии дома и замкнутости по отношению к соседям.
И также дело не закроют до его совершеннолетия, даже несмотря на то, что в том числе из школы получены
САМЫЕ лестные отзывы, ребенок за 4 года с нуля прошел экстерном 6 норвежских классов,
посещает все возможные спортивные/музыкальные секции, всегда ухожен, накормлен и доброжелателен.

При таких обстоятельствах с заведенными делами в школы этой организацией отдаются
распоряжения следить за детьми, на которых заведено дело…
На сегодняшний день моему ребенку с учителями очень повезло. Но с переходом в новую школу не знаем, к чему и готовиться. Наверное, не надо объяснять, как это неприятно и чревато при возможной недобросовестности/недоброжелательности учителей.

Создается впечатление, что дети на территории Норвегии принадлежат не родителям, а именно этой организации!
Это они единолично решают, что именно вашему ребенку хорошо, а что есть плохо.
Это они решают, имеете ли вы право быть родителями ребенка или вашим детям будет лучше с новыми родителями.
Ваше согласие или несогласие при решении этого вопроса не играет никакой роли!
А при том в организации этой зачастую работают люди, не только не имеющие мало-мальского образования,
но и своих собственных детей!
Большой ошибкой будет думать, что основания к открытому делу дают в той или иной мере сами родители.
Вдумайтесь: дела открываются на основании простых анонимок откровенных недоброжелателей.
А не закрываются НИКОГДА - вплоть до достижения ребенком совершеннолетия.
Неподтверждение надуманных обвинений основанием к закрытию дела на практике НЕ ЯВЛЯЮТСЯ.

С форума:
"Мы с ребенком были 7 месяцев за границей, пропустили визит в helsestasjon и к врачу, о чем уведомили их по телефону. Врач написал bekymrinsmelding в barnevernet, которое решило исследовать этот вопрос. Уже были на интервью там, теперь они назначили визит домой через месяц и разослали запросы в детский сад и helsestasjon. Как себя вести и что делать не знаем. Информация в интернете - малоутешающая, детей забирают в детские дома или приемные семьи".

Из новостей:
Фото русской матери Светланы Таранниковой, которая несла моление об отмене принудительной адопции русской дочери к ногам статс-министра Норвегии, в день взрыва в Осло опубликовала вся Россия.
Сегодня северное королевство объявило приговор ее дочери четырехлетней гражданке России Анне Софие Таранниковой — отдать на усыновление чужой чистокровной норвежской семье… Вопль русской матери утонул в бессердечии нордов. Но кто знает об этом в России?

Письмо украинки, проживающей в Норвегии, о Barnevernet.
Как рассказывает наша бывшая соотечественница, очень удивляет то, что в Норвегии
детей с ранних лет учат жаловаться друг на друга в различные инстанции.
Например, сидят на уроке два лучших друга, один из них списывает.
Второй подходит к учителю и говорит, что его сосед списывает.
А потом они, как ни в чем не бывало, вместе идут пить кофе на перемене.

Признайтесь, это выглядит дико! Но, как говорится, в чужой монастырь со своим уставом не ходят.

Но если есть стукачество, то есть и организация, в которую можно прийти и настучать.
В Норвегии — это barnevernet, своего рода общество по защите детей, которое активно использует в своей работе наводки от анонимов.

Barnevernet — структура, которая должна помогать родителям, нуждающимся в совете.
Но не всегда ведь такая помощь необходима. По словам нашей читательницы, от постоянного внимания сотрудников этой организации приходится отмахиваться, как от назойливой мухи.
Поводом к разбирательству может послужить уставший вид мамы,
грустный взгляд малыша или неполная семья.
При таком подходе многих родителей в нашей стране можно было бы лишить ребенка — немалое количество украинцев смотрит на жизнь без особого энтузиазма.

Еще, скажем, негодование у норвежцев вызывает посильная помощь подрастающего поколения по дому :
«Как, это же эксплуатация детей!»
Можно «пострадать» из-за конфет.
Как рассказала Лариса, их в Норвегии принято давать только в выходные. Соседи, школа, детский садик могут подать жалобу в организацию на то,
что родители портят сыну или дочери здоровье и зубы
.

В Норвегии большинство родителей своих детей не лечат от простуды, машут рукой, мол, само пройдет. И если вы вызываете скорую помощь ребенку с высокой температурой, то на вас посмотрят косо.

Плохо дело, если сотрудники barnevernet вами заинтересовались. Лариса пишет, что эта организация имеет широкие полномочия и может забрать детей из «проблемных» семей и передать их в приемные.

Вот зажрались, подумаете вы! И, может быть, будете правы.
Как-то у нас не принято обращать внимание на уставший вид родителей.
Тут бы хватило сил украинским инстанциям справиться с семьями алкоголиков и наркоманов и забрать у них детей.

Несходство культур — причина конфликта?

Как считает наша читательница, государственная политика в Норвегии направлена на то,
чтобы сделать людей одинаковыми .

Относительно детей это значит, что всем маленьким норвежцам положено ходить в детский садик с одного года.
Они должны быть социально адаптированными (т. е. не застенчивыми) и хорошо (по соответствующим правилам) воспитаны.
А если ребенок стеснительный или гиперактивный, т. е. отличается от других,
он попадает под пристальное внимание сотрудников детской организации.

В случае с Ларисой причиной для разбирательств послужила разница в культурах разных стран.
Женщина просто не улыбалась так много, как норвежцы, и это было замечено.
И об этом непременно доложили куда надо.

«Я ходила в открытый детский садик (учреждение, куда мамы ходят с детьми, и каждая мать смотрит за своим ребенком сама) с сыном и была беременна»,— рассказывает свою историю молодая женщина.

В один прекрасный день родительницу уведомили, что ее семьей заинтересовалась контролирующая организация. Причина: уставший вид Ларисы и то, что ее сын Мартин не смотрит в глаза взрослым, когда с ним разговаривают.
С этого дня за жизнью их семьи, можно сказать, началась слежка.

Логика, согласно которой служащие ведут наблюдение за детьми, такова: легче формировать маленького ребенка, чем подростка, который уже испорчен. Но что значит «испорченный ребенок»? Где критерии, по которым определяют, какой ребенок хороший, а какой плохой?

Пришлось Ларисе и ее мужу-норвежцу приглашать адвоката, который посоветовал послушаться и спокойно принимать любую «помощь» от barnevernet. Такое смирение оценили по достоинству и отстали.

Еще одна переселенка, Оксана, познала радости общения с контролирующими организациями.
Норвежка невзлюбила ее в детском садике и настучала куда надо, что ее сын плохо воспитан.
Узнав о том, что ей грозят разбирательства, Оксана быстро собрала вещи и уехала.

У другой «пострадавшей» случился выкидыш после того, как ей сообщили, что хотят забрать
ее очень стеснительную дочь.

В газете для русскоговорящих жителей Норвегии «Русский бульвар» был опубликован материал о Елене Зайцевой (имя изменено) под заголовком «Своих детей я не отдам никому».
История Елены такова: по решению организации barnevernet двое ее детей были помещены в детский дом.

Родителям предъявлены обвинения по следующим пунктам: 9-летняя Катя смертельно боится,
что мама отправит ее жить в Россию; мать не понимает потребностей детей;
неправильно ухаживает за ними (одевает не по погоде и плохо кормит);
заставляет учить алфавит с трех лет, лишая их тем самым детства;
заставляет старших детей много работать по дому,
ухаживать за младшими, что не оставляет им времени на выполнение домашних заданий.
Обвинения подкреплены письменными заявлениями классных руководителей и еще одного свидетеля, пожелавшего остаться неизвестным.
Есть в деле и свидетельства учителя русского языка. Пострадавшая мать считает, что дело против нее и детей сфабриковано от первого до последнего слова.
«Это плата за мою принципиальность и излишнее беспокойство о детях. К сожалению, использование в работе детской организации анонимных заявителей позволяет превращать действительно важную и нужную организацию в орудие для сведения личных счетов»,— считает Елена.

По ее словам, даже если родители не алкоголики и не наркоманы,
а всего-навсего, например, ограничены в средствах или имеют недоброжелателей, то малейший повод:
неявка с ребенком к врачу, опоздание в школу, забытый дома бутерброд — могут явиться основанием,
чтобы лишить их родительских прав.

«Особенно сложно приходится иммигрантам. Игра слов при переводе, различие традиций и подходов в воспитании детей, изначальное недоверие к родителям, неискушенность в бюрократическом ведении дел — все это играет против мам и пап»,— с грустью говорит Елена.
Суд претензии, предъявленные Зайцевой, отклонил. Дело, растянутое на 80 страниц, лопнуло, как мыльный пузырь.

А вот еще один случай. На сайте для русскоговорящих норвежцев одна бывшая гражданка Восточной Европы рассказала, как соседка пожаловалась в контролирующую организацию — якобы семилетнюю девочку используют как домработницу. Приходила эта дамочка в гости, пила чай, мило улыбалась и щебетала о том о сем.
Но при этом не забывала сканировать все и всех на предмет нарушений. И в результате настрочила жалобу.
Пришлось нанимать адвоката и рассказывать работникам детской организации, что девочка из двухнациональной семьи,
в которой, по согласованию родителей, воспитание ведется по русским традициям.
В соответствии с которыми ребенок с 7 лет посильно работает в доме!

Подскажите, где тут можно настучать?

После того, как какой-то аноним в письме или устно обратится с жалобой на соседа,
сотрудники общества защиты детей вызывают родителей на встречу.
«Нарушители» должны бросить все и явиться незамедлительно. А если они этого не сделают,
их забирает полиция из дома или с рабочих мест.

Представляете себе картину: понуро, через весь офис ковыляет человек, который вчера чересчур эмоционально «воспитывал» ребенка! Вообще, это уже начинает нравиться.
Вот бы у нас немножко такого внимания. Хотя бы в профилактических дозах…

Далее, после встречи и ваших горячих уверений, что все хорошо, о вас начинают наводить справки. Попросту говоря, заводят на родителей дело: опрашивают соседей, учителей, врачей, смотрят за детьми в школе или детском саду.
ретивые сотрудники приходят домой и наблюдают, что происходит в семье.
Они могут сидеть, сколько им угодно, и вы не имеете права им ничего сказать.

Если мамы и папы попали в зону внимания barnevernet, то церемониться с ними не будут.
Работникам детской организации не обязательно предупреждать о приходе.
Надсмотрщики могут неожиданно постучать в дверь, а не пустить их означает оказать сопротивление властям.
Это будет рассматриваться как еще один повод, чтобы забрать ребенка из семьи.

P.S.: деятельность такой организации неудивительна. Средний возраст женщин, которые решают родить ребёнка в Норвегии — 38! лет. Раньше просто не принято. Откуда же им брать детей, когда уже даже процедура экстракорпорального оплодотворения не в силах помочь зачастую? Детки украинцев и русских светленькие, голубоглазые, вполне сойдут за своих...

    СЛУЖБА ОПЕКИ БАРНЕВАРН, ЕЕ РОЛЬ В ОБЩЕСТВЕ, А ТАКЖЕ В ЖИЗНИ И СУДЬБЕ РОССИЙСКИХ РОДИТЕЛЕЙ И ИХ ДЕТЕЙ. МОЙ ОПЫТ И МОИ НАБЛЮДЕНИЯ.

    В результате изучения этой темы, я вышла на статьи и отзывы о шокирующей своей жестокостью работе службы опеки над детьми в Норвегии, "Барневарн".

    За несколько месяцев до отъезда репортаж на данную тему был показан в новостях 1 канала. Речь шла о том, как из-за пустяковых поводов, а то и при отсутствии таковых, служба опеки отнимает детей у россиянок, вышедших замуж за граждан Норвегии или состоящих в разводе с ними. В передаче также говорилось и о Финляндии, но моё внимание привлекла страна, в которую я собиралась вскоре переехать с ребенком. Напуганная такой перспективой, я потребовала у мужа объяснений.



    Муж подтвердил, что такие случаи в отношении иммигрантов нередки, но касаются они исключительно бомжей, алкоголиков и наркоманов, в том числе из из местного населения, которые плохо обращаются со своими детьми, не заботятся о них, или чьи дети просят милостыню, как дети румынских или сомалийских беженцев, которых часто можно увидеть на улицах Норвегии.

    По словам супруга, очевидно, что в " Барневарн" на россиянок с целью мщения заявили обиженные после развода мужья. Муж заверил меня, что мне нечего бояться, ведь мы не собираемся разводиться. Он сказал, что у его отца есть связи с этой организацией, т.к. он многие годы работал в сфере образования. Однако, всё глубже погружаясь в эту тему уже в Норвегии, я убедилась, что у меня есть все причины опасаться "Барневарн".

    Познакомив мужа с содержанием этих статей, я стала задавать ему конкретные вопросы, и поняла, что муж скрывал от меня неприятную правду и не спешил меня с ней знакомить из боязни, что я не приеду в Норвегию или уеду из неё.

    Муж стал давать мне советы как вести себя, чтобы нами не заинтересовалась "Барневарн", а именно - не гулять с ребенком после 8 вечера, несмотря на то, что в Норвегии безопасно и светлое время суток в летнее время длится до полуночи; когда я кормлю ребенка на кухне, зашторивать окна, чтобы соседи из окон дома напротив не видели это и не узрели в том, как я кормлю ребенка, что-то "неправильное" и не заявили в "Барневарн"; не менять подгузник ребенку, не задернув шторы, т.к. наш малыш не любит подгузники, кричит и увертывается и его нежелание соседи напротив или живущие через стенку могли расценить это как моё насилие над ним.

    Я стала бояться находиться в квартире без опущенных жалюзи, кормить ребенка у окна, старалась как можно скорее выйти на прогулку с ребенком, чтобы его нетерпеливые крики не заинтересовали соседей.

    Муж также поделился, что шлепок по попе ребенка на улице обязательно влечет за собой жалобу любого заметившего это в "Барневарн" и 100% изъятие ребенка из семьи. В Норвегии это равноценно избиению детей. Любые слова родителей, рассерженных плохим поведением своего ребенка, часто вырванные из контекста и переданные в детском саду или школе самим ребенком, приравниваются к угрозе.

    Муж рассказал, как "Барневарн" отобрала дочь у африканской женщины, которая сказала той "я убью тебя", если та не будет слушаться. То, что мать сказала это несерьёзно и в порыве гнева, во внимание не принималось. В Норвегии нельзя кричать на детей и применять к ним иные методы воспитания, кроме одобренных "Барневарн". Со списком даже можно ознакомиться на курсах, организованных службой опеки.

    Соседи из смежной квартиры подали на нас жалобу за то, что мы держим коляску в общем коридоре, хотя правилами, подписанными всеми жильцами дома, это не запрещалось, а в просторном коридоре было места, более чем достаточно. Поведение соседей после нашего с ребенком переезда, особенно после их жалобы, сильно изменилось - они перестали здороваться и вели себя подчеркнуто безразлично.

    У ребенка резались зубы, он часто капризничал, плакал. Всё это, по словам мужа, могло стать поводом для соседей обратиться в "Барневарн" с подозрением, что мы плохо обращаемся с ребенком.

    По его словам, бывают случаи обращения в "Барневарн", когда соседи недовольны друг другом или кто-то хочет кому-то отомстить. Ведь такой жестокий приём мщения очень эффективен - он отнимает у людей самое дорогое - их детей.

    Принцип таков, что сначала ребенка у родителей отбирают, и только потом начинают разбираться, справедлив ли донос. Достаточно анонимного звонка, письма, обращения в "Барневарн" воспитателя детского сада, школьной учительницы, медсестры из детской поликлиники.

    Я стала изучать информацию о действиях "Барневарн" в Интернете и обнаружила, что Норвегия занимает 2 место в мире по числу пострадавших от этого россиян. На первом месте Финляндия. В категории детей, родившихся в Норвегии от родителей-иммигрантов, Россия опережает всех.

    Всего на 1 января 2010г. под соцпатронатом "Барневарн" находилось свыше 5000 детей, рожденных от родителей, один из которых или оба были русскими.

    С начала 2012г. в международную организацию "Русские матери" с криком о помощи обратилось уже 12 русских семей, у которых отняли 17 детей.

    "Барневарн" - организация, не подчиняющаяся никакой другой инстанции. Её работа не определяется никаким законом. Работники "Барневарн" принимают свои собственные решения. Даже суд не вправе оспорить решение службы опеки. Все дела по опеке тщательно скрываются от общественности — под предлогом возможного вреда для ребенка. Всё, что выплывает наружу, происходит либо в процессе скандала, либо благодаря вмешательству правозащитников пострадавшей стороны.

    И если раньше причиной для изъятия детей являлось физическое насилие, то в настоящем используются любые поводы, от "эмоционального насилия" или его возможности до самых пустяковых и абсурдных: слишком много или слишком мало игрушек, грустный взгляд у ребенка, ребенок отводит глаза в разговоре со взрослыми, ребенок "как-то не так" смотрит на мать, мама не дала сладкого перед обедом и т.д.

    Хотя даже кариес у ребенка может стать причиной. Услуги стоматологов в Норвегии очень дороги, и все приучены чистить и ухаживать за зубами с малолетнего возраста. Муж и его родители убеждали меня начать чистить зубы ребенка, когда первые два только появились на поверхности, пугали меня, что в противном случае у ребенка в самом скором времени разовьется кариес. Так советуют в поликлинике, также беспрекословно этому следуют все знакомые мужа с детьми. В связи с этим в Норвегии принято давать детям конфеты только в выходные дни. Так воспитывали мужа и его родители.

    Как я уже писала, если ребенок простужен, у него высокая температура, в России вызывают врача или скорую и лечат. В Норвегии не спешат лечить ребенка от простуды, считают, что "само пройдёт". Что такое народная медицина, там попросту не знают. Поэтому стремление по их мнению "залечить" ребенка здесь тоже может стать поводом для обращения в "Барневарн".

    Использование детского труда (как-то даже элементарная помощь по дому) здесь также может быть расценено как нарушение прав ребенка. Муж и его родители были шокированы и строго осудили мой рассказ о том, что российские школьники сами убирают класс, раз в месяц участвуют в генеральной уборке в школе, а то и в уборке школьной территории.

    В Норвегии принято посещение детского сада начиная с возраста 1 год. На этом настаивают и в поликлинике и в органах опеки. Отпуск по беременности и родам и уходу за ребенком у женщин Норвегии длится 1 месяц до родов и 12 месяцев после рождения ребенка. При этом ей ежемесячно выплачивается её 100% зарплата. По истечении 9-ти месяцев после рождения ребенка на место матери в течение 3-х месяцев может заступить отец также с сохранением полного заработка.

    При отсутствии у отца такого желания ребенок отправляется в детский сад с 9-ти месячного возраста.

    Если ребенок с года не посещает детский сад и воспитывается дома, то рекомендуется посещение "открытого детского сада", где мать присматривает за своим ребенком сама.

    Непосещение детского сада может стать поводом для пристального внимания службы опеки.

    По нашей с мужем договоренности ещё до рождения ребенка я собиралась находиться с сыном дома до достижении того 3-летнего возраста. Муж знал, что в России отпуск по уходу за ребенком может достигать 3-х лет, и не высказывал возражений.

    Норвежские языковые курсы до получения аттестата о знании языка длятся 3 года, а устроиться на достойную работу без знания норвежского практически невозможно. По словам людей, посещавших бесплатные языковые курсы для всех приезжих, групп, объединяющих людей одной национальности нет, и преподавание ведётся в смешанных группах сразу на норвежском языке. Такая система обучения может показаться крайне неэффективной. Ведь людям, прибывшим из стран Африки и Востока, обучение в силу необычного алфавита даётся с большим трудом.

    После переезда в Норвегию муж всё чаще стал убеждать меня отдать ребенка в детский сад хотя бы с 2-х летнего возраста и уже с 1 года начать посещение "открытого детского сада". Причиной он называл скорейшую социализацию ребенка.

    Не оставляя надежды переубедить меня, муж приводил примеры своих друзей, которые успешно изменили режим 7-месячного ребенка, лишив его сна в течение дня, с тем, чтобы он привыкал не спать в детском саду и крепче спал ночью, давая возможность выспаться родителям, а также приветствовал то, что они оставляли своего ребенка в детском саду на несколько часов в день, тренируя его привычку оставаться без матери.

    В норвежских детских садах для детей в возрасте с 3-х лет дневной сон не предусмотрен вовсе. До 3-летнего возраста дневной сон в детском саду нежелателен!

    Меня категорически не устраивал уже упомянутый выше рацион (в детском меню горячее питание предусмотрено только 1 раз в неделю, а всё остальное время это только бутерброды, которые в некоторых детских садах родители сами дают детям с собой), то, что в детском саду дети гуляют в любую погоду и почти насильственное внедрение подгузников, даже если ребенок уже приучен к туалету. Муж также расхваливал детские сады, где дети почти каждый день отправляются в поход, также при любой погоде.

    Свой отказ я аргументировала тем, что посещение детского сада в столь раннем возрасте может быть связано с риском ряда типичных для этого возраста детских заболеваний, и тем, что в возрасте года ребенку не нужна скорейшая социализация. Согласно мнению наших психологов, в этом возрасте ребенку вполне достаточно общества родителей и игр с ними.

    Но муж продолжал настаивать, а позже рассказал, что, несмотря на мои возражения, свекровь уже связалась с местным "открытым детским садом" и оставила заявку.

    Возможно, в этом прослеживалось не только желание навязать мне новый образ жизни, но и стремление защитить меня от вероятного внимания "Барневарн".

    Позже я стала понимать, что мои "российские традиции" заботы и воспитания ребенка, действительно, могли привлечь интерес администрации детского сада и службы опеки.

    В Норвегии люди много и часто улыбаются. Таким образом демонстрируется положительный настрой и благополучие. Таковы нормы западного менталитета. Отсутствие улыбки у матери может трактоваться как "депрессия", за чем последует вмешательство службы опеки, т.к. депрессия нуждается в медикаментозном лечении, а, следственно, мать не способна заботиться о ребенке. Муж сам рассказывал, что медперсонал детской поликлиники предлагает помощь психолога молодым матерям, которые "выглядят устало" и, значит, не могут дать ребенку полноценного внимания и ухода. Согласно норвежской ментальности, мать не должна быть усталой, она должна отдыхать и высыпаться во что бы то ни стало, чтобы быть в хорошей форме, какими бы трудными ни были первые месяцы после рождения ребенка. Самопожертвование матерей, распространенное в России, в Норвегии - дикость, особенно после приобретшей огромный размах эмансипации женщин, борющихся за свои права.

    Современные молодые матери продолжают жить почти такой же активной общественной жизнью, как и до беременности и родов. Я вспомнила случай во время пребывания в доме родителей мужа, когда на вопрос свекра, хорошо ли я спала, я ответила, что сон ребенка был очень беспокойным (у сына резались зубы), он ворочался в своей кроватке и я почти не сомкнула глаз, и свекр заметил: "Но ведь он спал же?".

    Если ребенок отличается от своих сверстников, то также может вмешаться служба опеки, задача которой - формирование ребенка в раннем возрасте, что сделать намного легче, чем когда он подросток. Как я уже писала, основания для жалобы - любые, и сделать это может каждый - медсестра в детской поликлинике, воспитатель детского сада, учитель, знакомый, сосед, коллега по работе, с которым родители неосторожно поделились подробностями семейной жизни, любой недоброжелатель. Матери-одиночки и многодетные матери привлекают внимание в первую очередь, т.к. часто выглядят "усталыми".

    "Барневарн" вызывает родителей или наносится неожиданный визит домой. Супруг предупреждал меня, что если дверь не открывать, это может быть воспринято как сопротивление. Начинаются проверки на дому, в детском саду, школе, работники службы опеки помещают ребенка под полный контроль с целью выявить недостатки заботы и воспитания со стороны родителей. Это занимает от недель до нескольких месяцев до установления таковых. Службы опеки также может обязать родителей посещать специальные курсы, обучающие родителей лучше понимать своих детей, или навязать "воспитательные советы". Отказ от советов воспринимается как сопротивление и тоже может привести к потере ребенка.

    Работа в "Барневарн" хорошо оплачивается, его сотрудники очень исполнительны, старательны и дотошны.

    Министерство по делам семьи, детства и социальным вопросам Норвегии предложило правительству ввести в стране новые критерии для оценки благополучия детей.

    Биологические родители больше не должны иметь приоритета в воспитании своих собственных детей. Все дети, рожденные в Норвегии или привезённые в неё, не принадлежат своим родителям, а являются собственностью государства.

    В Норвегии права каждой матери разделены на 2 категории - право называться "биологическим производителем" своего ребенка и право на на проживание вместе с ним. Что не всегда совпадает. Это крайне противоречило моим представлениям о материнстве и моему российскому менталитету.

    Министерство признаёт, что родная семья - лучшее место для любого человека, но (цитата из норвежского издания) "если отношения между родителями и детьми являются препятствием для развития ребенка, это должно быть более важным, чем биологический принцип". Частной жизни в "свободном" королевстве Норвегия больше нет, ведь как иначе государству, действуя "в интересах" детей, быть информированным.

    Подобные меры не вызвали горячего отклика среди норвежского населения. Муж показал мне вэб-сайт, посвящённый историям несправедливого изъятия детей у их биологических родителей организацией "Барневарн".

    На сайте - крики о помощи и рассказы об искалеченном детстве.

    Я стала спрашивать мужа, как может всё это быть правдой.

    Поведение мужа меня не приободрило, а, наоборот, испугало. Муж повторял мне, что "с нами этого не случится".

    Когда я спросила, даёт ли он мне какие-либо гарантии, он ответил, что нет, но у его отца есть связи в "Барневарн" (свекр занимал высокую должность в сфере образования, а свекровь 20 лет проработала в детском саду). В последствии наличие этих связей стало вызывать у меня опасение.

    Я поделилась с мужем найденной мной информацией со ссылкой на сайт норвежской полиции, что в Норвегии на общее количестве жителей 4,5 миллиона человек приходится 40 тысяч педофилов. Судя по реакции мужа, это не было для него новостью. Мой вопрос явно застал его врасплох.

    Я вспомнила приём у детской медсестры и её советы обратиться к психологу, и спросила у мужа, не может ли это стать поводом для пристального внимания службы опеки к нашей семье. Ведь именно так начиналось большинство подобных дел. Обыкновенное соблюдение гигиены в уходе за ребенком, принятое в России, могло быть расценено как сумасшествие. Мне было жаль, что в Норвегии нет такой передачи по ТВ (как у нас «Жить здорово» с Еленой Малышевой и т.п.), где нормы гигиены призваны на помощь сохранения здоровья населения.

    В результате разговора с мужем, я так и не смогла заручиться ни его моральной поддержкой, ни обнадеживающей информацией.

    Супруг поделился интересными фактами.

    Среди ожидающих далеко не только бездетные пары. Часто в службу опеки обращаются и желающие поправить своё благосостояние. Опекун вместе с ребенком получает в придачу привлекательное пособие, которое выплачивается вместе с зарплатой, и существенные суммы на нужды ребенка - одежду и питание. Многие новоиспеченные опекуны бросают работу, ведь на эти деньги в Норвегии можно не работать. К тому же опекун освобождается от уплаты многих налогов, в том числе подоходного, который в Норвегии достигает 50%.

    Я слышала от мужа рассказы, что опека над приемным ребенком приобретает масштабы пропаганды. - в торговых центрах можно встретить постеры с изображением детей, призывающих "взять их себе".

    В те дни на норвежском ТВ и в прессе разгорелся скандал вокруг индийской пары в норвежском городе Ставангер, у которой "Барневарн" изъяла 2 детей, среди которых был 4-месячный младенец. Муж регулярно рассказывал мне новости, связанные с этой историей. Поведал он и о причинах изъятия детей, преподносимых в норвежских СМИ - женщина была намного моложе своего мужа, вышла замуж не по любви, страдала бездельем и кормила своего сына только йогуртом и рисом и вообще преподносилась как темная особа из неблагополучной, по их мнению, Индии, откуда эта пара и уехала жить в Норвегию.

    В российских СМИ эту историю тоже не обошли стороной, только информации было побольше: оба пострадавших от "Барневарн" индийских родителя были геологами, специалистами высокого класса, работавшими в Норвегии по контракту. Супруга и мать имела степень MBA. Оба происходили из благородных семей, а описанные причины для изъятия детей были и вовсе абсурдны: мать кормила новорожденную дочь по требованию, а не по часам; меняла подгузники на кровати, а не на пеленальном столике; дети спали с родителями в одной кровати; трехлетний сын не выглядел счастливым, попав в детский сад, а грустно сидел в стороне от других детей; мать кормила детей с руки, а не ложкой. Этот перечень вызвал во мне недоумение, т.к. живя уже какое-то время в Норвегии и ознакомившись с образом жизни местных норвежцев, а также по рассказам мужа я знала, что норвежцы делают всё вышеперечисленное, а что касается кормления с рук, то на этом настаивали и часто практиковали с нашим ребенком моя свекровь и муж.

    В глазах норвежцев Россия - страна крайне криминальная и неблагополучная, в России царит отсутствие свобод, демократии и справедливости. Слова "преступность", "коррупция", "мафия", "нарушение прав человека" чаще всего можно встретить в разговоре норвежцев о России. В таком духе образ России преподносится в норвежских СМИ.

    Норвежцы верят, что россияне живут за чертой нищеты. Коллеги мужа были удивлены красивой и качественной одеждой, подаренной мной ему, и говорили, что те факты, что я делаю ему такие подарки и имею возможность ездить за рубеж, говорят о моей принадлежности к русской мафии. Друзья мужа верят, что россияне стоят в огромных очередях за хлебом по карточкам. Муж был поражён изобилием и качеством российских продуктов и делал фотографии в гипермаркете, сетуя на то, что они обделены таким выбором в Норвегии, где скудность ассортимента продуктов есть результат монополии.

    Свекр и муж часто подчеркивали неблагополучие России, напоминая мне в каких условиях живут российские пенсионеры и как высоки пенсии в Норвегии. Во время своих приездов в Москву муж часто делал фото плохо одетых пожилых российских женщин, торгующих у метро или просящих милостыню, и делился ими в Интернете. Со временем я стала подозревать, что это было формой высмеивания. Когда я его упрекнула, он с гордостью сказал, что его мать пенсионерка, но в Норвегии у неё нет необходимости работать на пенсии. Он также делал фотографии парковок автомашин на тротуарах и в других запрещённых местах.

    При этом муж часто недоумевал, что пенсионный возраст российских мужчин выше, чем у женщин.

    Мои попытки объяснить, что физически мужчина и женщины неравны и им даны разные возможности от природы, были непоняты. Пенсионный возраст в Норвегии 67 лет для обоих полов. До недавнего времени граждане Норвегии работали до 62 -64 лет. Родители мужа успели попасть под реформу, обеспечившую им высокую пенсию. По словам мужа, потенциальные пенсионеры более молодого поколения вынуждены работать до 67 лет, и то их пенсия уже не будет столь высока. Здоровый образ жизни норвежцев обусловлен желанием пожить подольше, чтобы успеть насладиться пенсионными благами.

    Поэтому Норвегия заинтересована в приросте населения и в будущих налогоплательщиках. Ей важен каждый житель, в том числе дети, привезённые из-за рубежа в результате смешанных браков и иммиграции.

    В Норвегии поощряются браки на иностранках, на которые охотно идут местные мужчины, часто не способные создать семью у себя на родине с независимыми и свободолюбивыми местными женщинами, которые не стремятся создать семью и завести детей. А т.к. прибывшее из других стран население имеет сложности с изучением трудного норвежского языка, то этот контингент обречен на непрестижную и низкооплачиваемую работу.

    Основная масса иностранок, выходящих замуж за норвежцев, состоит из женщин Таиланда, Филиппин и России. И если первые привлекательны своей покорностью, тихим нравом и заинтересованностью закрепиться в экономически благополучной Норвегии, то русские женщины - сохранившимся в их сознании приоритетом семьи, материнства и уважением к мужу, а также европейской внешностью, которая будет способствовать ассимиляции и скорой адаптации в местном обществе.

    Именно это привлекло во мне моего будущего мужа, чего он и не скрывал. Знакомство со мной он называл «выигрышем в лотерею». Он также часто говорил, что моё скандинавское имя в сочетании с его фамилией и внешними данными помогут мне получить достойную работу, не встретив предубеждения против моей национальности у работодателей и окружения, а в том, что я быстро освою язык, муж не сомневался.

    После переезда в Норвегию при обсуждении ранее описываемых мужем перспектив моей работы в этой стране последние стали гаснуть. Муж чаще стал ронять в разговоре слова о том, что для начала мне неплохо бы поработать на какой-нибудь лёгкой работе и что мне придётся получить дополнительное образование. Позже он и вовсе стал делиться историями о выходцах из России, которым пришлось 7 лет доказывать свою профпригодность в Норвегии, а фактически получать образование заново.

    Примечательна история организации "Лебенсборн", основанной в 1935 г. по приказу рейхсфюрера СС Генриха Гиммлера, в начале как приют для "отказных" детей, впоследствии - "фабрика арийцев". За годы Великой Отечественной Войны 50 тысяч детей из оккупированных областей СССР, в возрасте от нескольких месяцев до 3 лет, имевшие арийскую внешность - светлые глаза и волосы - были отняты у родителей и отправлены в "Лебенсборн", а после - в немецкие семьи.

    Дети забывали родителей, умевшие говорить - русский язык, и прожили всю жизнь, веря, что они 100% немцы. С 1940г. для расширения созданной в Германии сети детских приютов стали открываться подобные пункты в захваченных странах Европы - 3 в Польше, 2 в Дании, по одному в Нидерландах, Франции и Люксембурге, а в НОРВЕГИИ - 10. Документы этой организации держались в строгом секрете и впоследствии были уничтожены.

    Подробнее - в расследовании о деятельно-сти в СССР сети эсэсовских приютов «Лебенсборн», опубликованном в газете «Аргументы и факты»:

    www.aif.ru/society/article/55451

    www.aif.ru/society/article/55213/3

    Подобная методика может быть прослежена и в действиях организации "Барневарн".

    Демография Норвегии в не самом лучшем положении. Муж часто говорил, что за счёт льгот и пособий государство пытается сделать деторождение привлекательным для молодёжи. Молодые люди не спешат обзаводиться семьёй до 30 лет, а многие девушки сознательно отказываются от деторождения до 30-35 лет, тем самым снижая возможность рождения нескольких детей в течение детородного периода, или вовсе.

    В Норвегии не принято дошкольное развитие детей. Свекр и свекровь не переставали удивляться, каким взрослым и развитым выглядит поведение нашего сына, они говорили, что никогда не видели таких детей, что казалось мне странным. Русские дети уникальны и талантливы, они выделяются на фоне детей, растущих в обществе, где люди в основной массе стремятся быть похожими друг на друга, "жить как все" и боятся выделяться из социума.

    Вообще создаётся впечатление, что дети рассматриваются как некий «винтик» в системе. В них вкладываются государственные деньги (на образование, всевозможные пособия) и от них ожидаются отдача и окупаемость в будущем. Муж говорил, как много в стране пенсионеров, а достойные пенсии будущих поколений под вопросом. Ведь каждый ребенок - будущий налогоплательщик.

Служба опеки «Барневарн», ее роль в обществе, а также в жизни и судьбе российских родителей и их детей. Мой опыт и мои наблюдения.
В результате изучения этой темы, я вышла на статьи и отзывы о шокирующей своей жестокостью работе службы опеки над детьми в Норвегии, "Барневарн".

За несколько месяцев до отъезда репортаж на данную тему был показан в новостях 1 канала. Речь шла о том, как из-за пустяковых поводов, а то и при отсутствии таковых, служба опеки отнимает детей у россиянок, вышедших замуж за граждан Норвегии или состоящих в разводе с ними. В передаче также говорилось и о Финляндии, но моё внимание привлекла страна, в которую я собиралась вскоре переехать с ребенком. Напуганная такой перспективой, я потребовала у мужа объяснений.

Муж подтвердил, что такие случаи в отношении иммигрантов нередки, но касаются они исключительно бомжей, алкоголиков и наркоманов, в том числе из из местного населения, которые плохо обращаются со своими детьми, не заботятся о них, или чьи дети просят милостыню, как дети румынских или сомалийских беженцев, которых часто можно увидеть на улицах Норвегии.

По словам супруга, очевидно, что в " Барневарн" на россиянок с целью мщения заявили обиженные после развода мужья. Муж заверил меня, что мне нечего бояться, ведь мы не собираемся разводиться. Он сказал, что у его отца есть связи с этой организацией, т.к. он многие годы работал в сфере образования. Однако, всё глубже погружаясь в эту тему уже в Норвегии, я убедилась, что у меня есть все причины опасаться "Барневарн".

Познакомив мужа с содержанием этих статей, я стала задавать ему конкретные вопросы, и поняла, что муж скрывал от меня неприятную правду и не спешил меня с ней знакомить из боязни, что я не приеду в Норвегию или уеду из неё.

Муж стал давать мне советы как вести себя, чтобы нами не заинтересовалась "Барневарн", а именно - не гулять с ребенком после 8 вечера, несмотря на то, что в Норвегии безопасно и светлое время суток в летнее время длится до полуночи; когда я кормлю ребенка на кухне, зашторивать окна, чтобы соседи из окон дома напротив не видели это и не узрели в том, как я кормлю ребенка, что-то "неправильное" и не заявили в "Барневарн"; не менять подгузник ребенку, не задернув шторы, т.к. наш малыш не любит подгузники, кричит и увертывается и его нежелание соседи напротив или живущие через стенку могли расценить это как моё насилие над ним.

Я стала бояться находиться в квартире без опущенных жалюзи, кормить ребенка у окна, старалась как можно скорее выйти на прогулку с ребенком, чтобы его нетерпеливые крики не заинтересовали соседей.

Муж также поделился, что шлепок по попе ребенка на улице обязательно влечет за собой жалобу любого заметившего это в "Барневарн" и 100% изъятие ребенка из семьи. В Норвегии это равноценно избиению детей. Любые слова родителей, рассерженных плохим поведением своего ребенка, часто вырванные из контекста и переданные в детском саду или школе самим ребенком, приравниваются к угрозе.

Муж рассказал, как "Барневарн" отобрала дочь у африканской женщины, которая сказала той "я убью тебя", если та не будет слушаться. То, что мать сказала это несерьёзно и в порыве гнева, во внимание не принималось. В Норвегии нельзя кричать на детей и применять к ним иные методы воспитания, кроме одобренных "Барневарн". Со списком даже можно ознакомиться на курсах, организованных службой опеки.

Соседи из смежной квартиры подали на нас жалобу за то, что мы держим коляску в общем коридоре, хотя правилами, подписанными всеми жильцами дома, это не запрещалось, а в просторном коридоре было места, более чем достаточно. Поведение соседей после нашего с ребенком переезда, особенно после их жалобы, сильно изменилось - они перестали здороваться и вели себя подчеркнуто безразлично.

У ребенка резались зубы, он часто капризничал, плакал. Всё это, по словам мужа, могло стать поводом для соседей обратиться в "Барневарн" с подозрением, что мы плохо обращаемся с ребенком.

По его словам, бывают случаи обращения в "Барневарн", когда соседи недовольны друг другом или кто-то хочет кому-то отомстить. Ведь такой жестокий приём мщения очень эффективен - он отнимает у людей самое дорогое - их детей.

Принцип таков, что сначала ребенка у родителей отбирают, и только потом начинают разбираться, справедлив ли донос. Достаточно анонимного звонка, письма, обращения в "Барневарн" воспитателя детского сада, школьной учительницы, медсестры из детской поликлиники.

Я стала изучать информацию о действиях "Барневарн" в Интернете и обнаружила, что Норвегия занимает 2 место в мире по числу пострадавших от этого россиян. На первом месте Финляндия. В категории детей, родившихся в Норвегии от родителей-иммигрантов, Россия опережает всех.

Всего на 1 января 2010г. под соцпатронатом "Барневарн" находилось свыше 5000 детей, рожденных от родителей, один из которых или оба были русскими.

С начала 2012г. в международную организацию "Русские матери" с криком о помощи обратилось уже 12 русских семей, у которых отняли 17 детей.

"Барневарн" - организация, не подчиняющаяся никакой другой инстанции. Её работа не определяется никаким законом. Работники "Барневарн" принимают свои собственные решения. Даже суд не вправе оспорить решение службы опеки. Все дела по опеке тщательно скрываются от общественности — под предлогом возможного вреда для ребенка. Всё, что выплывает наружу, происходит либо в процессе скандала, либо благодаря вмешательству правозащитников пострадавшей стороны.

И если раньше причиной для изъятия детей являлось физическое насилие, то в настоящем используются любые поводы, от "эмоционального насилия" или его возможности до самых пустяковых и абсурдных: слишком много или слишком мало игрушек, грустный взгляд у ребенка, ребенок отводит глаза в разговоре со взрослыми, ребенок "как-то не так" смотрит на мать, мама не дала сладкого перед обедом и т.д.

Хотя даже кариес у ребенка может стать причиной. Услуги стоматологов в Норвегии очень дороги, и все приучены чистить и ухаживать за зубами с малолетнего возраста. Муж и его родители убеждали меня начать чистить зубы ребенка, когда первые два только появились на поверхности, пугали меня, что в противном случае у ребенка в самом скором времени разовьется кариес. Так советуют в поликлинике, также беспрекословно этому следуют все знакомые мужа с детьми. В связи с этим в Норвегии принято давать детям конфеты только в выходные дни. Так воспитывали мужа и его родители.

Как я уже писала, если ребенок простужен, у него высокая температура, в России вызывают врача или скорую и лечат. В Норвегии не спешат лечить ребенка от простуды, считают, что "само пройдёт". Что такое народная медицина, там попросту не знают. Поэтому стремление по их мнению "залечить" ребенка здесь тоже может стать поводом для обращения в "Барневарн".

Использование детского труда (как-то даже элементарная помощь по дому) здесь также может быть расценено как нарушение прав ребенка. Муж и его родители были шокированы и строго осудили мой рассказ о том, что российские школьники сами убирают класс, раз в месяц участвуют в генеральной уборке в школе, а то и в уборке школьной территории.

В Норвегии принято посещение детского сада начиная с возраста 1 год. На этом настаивают и в поликлинике и в органах опеки. Отпуск по беременности и родам и уходу за ребенком у женщин Норвегии длится 1 месяц до родов и 12 месяцев после рождения ребенка. При этом ей ежемесячно выплачивается её 100% зарплата. По истечении 9-ти месяцев после рождения ребенка на место матери в течение 3-х месяцев может заступить отец также с сохранением полного заработка.

При отсутствии у отца такого желания ребенок отправляется в детский сад с 9-ти месячного возраста.
Если ребенок с года не посещает детский сад и воспитывается дома, то рекомендуется посещение "открытого детского сада", где мать присматривает за своим ребенком сама.
Непосещение детского сада может стать поводом для пристального внимания службы опеки.
По нашей с мужем договоренности ещё до рождения ребенка я собиралась находиться с сыном дома до достижении того 3-летнего возраста. Муж знал, что в России отпуск по уходу за ребенком может достигать 3-х лет, и не высказывал возражений.

Норвежские языковые курсы до получения аттестата о знании языка длятся 3 года, а устроиться на достойную работу без знания норвежского практически невозможно. По словам людей, посещавших бесплатные языковые курсы для всех приезжих, групп, объединяющих людей одной национальности нет, и преподавание ведётся в смешанных группах сразу на норвежском языке. Такая система обучения может показаться крайне неэффективной. Ведь людям, прибывшим из стран Африки и Востока, обучение в силу необычного алфавита даётся с большим трудом.
После переезда в Норвегию муж всё чаще стал убеждать меня отдать ребенка в детский сад хотя бы с 2-х летнего возраста и уже с 1 года начать посещение "открытого детского сада". Причиной он называл скорейшую социализацию ребенка.

Не оставляя надежды переубедить меня, муж приводил примеры своих друзей, которые успешно изменили режим 7-месячного ребенка, лишив его сна в течение дня, с тем, чтобы он привыкал не спать в детском саду и крепче спал ночью, давая возможность выспаться родителям, а также приветствовал то, что они оставляли своего ребенка в детском саду на несколько часов в день, тренируя его привычку оставаться без матери.
В норвежских детских садах для детей в возрасте с 3-х лет дневной сон не предусмотрен вовсе. До 3-летнего возраста дневной сон в детском саду нежелателен!

Меня категорически не устраивал уже упомянутый выше рацион (в детском меню горячее питание предусмотрено только 1 раз в неделю, а всё остальное время это только бутерброды, которые в некоторых детских садах родители сами дают детям с собой), то, что в детском саду дети гуляют в любую погоду и почти насильственное внедрение подгузников, даже если ребенок уже приучен к туалету. Муж также расхваливал детские сады, где дети почти каждый день отправляются в поход, также при любой погоде.

Свой отказ я аргументировала тем, что посещение детского сада в столь раннем возрасте может быть связано с риском ряда типичных для этого возраста детских заболеваний, и тем, что в возрасте года ребенку не нужна скорейшая социализация. Согласно мнению наших психологов, в этом возрасте ребенку вполне достаточно общества родителей и игр с ними.

Но муж продолжал настаивать, а позже рассказал, что, несмотря на мои возражения, свекровь уже связалась с местным "открытым детским садом" и оставила заявку.

Возможно, в этом прослеживалось не только желание навязать мне новый образ жизни, но и стремление защитить меня от вероятного внимания "Барневарн".
Позже я стала понимать, что мои "российские традиции" заботы и воспитания ребенка, действительно, могли привлечь интерес администрации детского сада и службы опеки.

В Норвегии люди много и часто улыбаются. Таким образом демонстрируется положительный настрой и благополучие. Таковы нормы западного менталитета. Отсутствие улыбки у матери может трактоваться как "депрессия", за чем последует вмешательство службы опеки, т.к. депрессия нуждается в медикаментозном лечении, а, следственно, мать не способна заботиться о ребенке. Муж сам рассказывал, что медперсонал детской поликлиники предлагает помощь психолога молодым матерям, которые "выглядят устало" и, значит, не могут дать ребенку полноценного внимания и ухода. Согласно норвежской ментальности, мать не должна быть усталой, она должна отдыхать и высыпаться во что бы то ни стало, чтобы быть в хорошей форме, какими бы трудными ни были первые месяцы после рождения ребенка. Самопожертвование матерей, распространенное в России, в Норвегии - дикость, особенно после приобретшей огромный размах эмансипации женщин, борющихся за свои права.

Современные молодые матери продолжают жить почти такой же активной общественной жизнью, как и до беременности и родов. Я вспомнила случай во время пребывания в доме родителей мужа, когда на вопрос свекра, хорошо ли я спала, я ответила, что сон ребенка был очень беспокойным (у сына резались зубы), он ворочался в своей кроватке и я почти не сомкнула глаз, и свекр заметил: "Но ведь он спал же?".

Если ребенок отличается от своих сверстников, то также может вмешаться служба опеки, задача которой - формирование ребенка в раннем возрасте, что сделать намного легче, чем когда он подросток. Как я уже писала, основания для жалобы - любые, и сделать это может каждый - медсестра в детской поликлинике, воспитатель детского сада, учитель, знакомый, сосед, коллега по работе, с которым родители неосторожно поделились подробностями семейной жизни, любой недоброжелатель. Матери-одиночки и многодетные матери привлекают внимание в первую очередь, т.к. часто выглядят "усталыми".

"Барневарн" вызывает родителей или наносится неожиданный визит домой. Супруг предупреждал меня, что если дверь не открывать, это может быть воспринято как сопротивление. Начинаются проверки на дому, в детском саду, школе, работники службы опеки помещают ребенка под полный контроль с целью выявить недостатки заботы и воспитания со стороны родителей. Это занимает от недель до нескольких месяцев до установления таковых. Службы опеки также может обязать родителей посещать специальные курсы, обучающие родителей лучше понимать своих детей, или навязать "воспитательные советы". Отказ от советов воспринимается как сопротивление и тоже может привести к потере ребенка.

Работа в "Барневарн" хорошо оплачивается, его сотрудники очень исполнительны, старательны и дотошны.
Министерство по делам семьи, детства и социальным вопросам Норвегии предложило правительству ввести в стране новые критерии для оценки благополучия детей.

Биологические родители больше не должны иметь приоритета в воспитании своих собственных детей. Все дети, рожденные в Норвегии или привезённые в неё, не принадлежат своим родителям, а являются собственностью государства.
В Норвегии права каждой матери разделены на 2 категории - право называться "биологическим производителем" своего ребенка и право на на проживание вместе с ним. Что не всегда совпадает. Это крайне противоречило моим представлениям о материнстве и моему российскому менталитету.

Министерство признаёт, что родная семья - лучшее место для любого человека, но (цитата из норвежского издания) "если отношения между родителями и детьми являются препятствием для развития ребенка, это должно быть более важным, чем биологический принцип". Частной жизни в "свободном" королевстве Норвегия больше нет, ведь как иначе государству, действуя "в интересах" детей, быть информированным.
Подобные меры не вызвали горячего отклика среди норвежского населения. Муж показал мне вэб-сайт, посвящённый историям несправедливого изъятия детей у их биологических родителей организацией "Барневарн".

На сайте - крики о помощи и рассказы об искалеченном детстве.

Я стала спрашивать мужа, как может всё это быть правдой.

Поведение мужа меня не приободрило, а, наоборот, испугало. Муж повторял мне, что "с нами этого не случится".

Когда я спросила, даёт ли он мне какие-либо гарантии, он ответил, что нет, но у его отца есть связи в "Барневарн" (свекр занимал высокую должность в сфере образования, а свекровь 20 лет проработала в детском саду). В последствии наличие этих связей стало вызывать у меня опасение.

Я поделилась с мужем найденной мной информацией со ссылкой на сайт норвежской полиции, что в Норвегии на общее количестве жителей 4,5 миллиона человек приходится 40 тысяч педофилов. Судя по реакции мужа, это не было для него новостью. Мой вопрос явно застал его врасплох.

Я вспомнила приём у детской медсестры и её советы обратиться к психологу, и спросила у мужа, не может ли это стать поводом для пристального внимания службы опеки к нашей семье. Ведь именно так начиналось большинство подобных дел. Обыкновенное соблюдение гигиены в уходе за ребенком, принятое в России, могло быть расценено как сумасшествие. Мне было жаль, что в Норвегии нет такой передачи по ТВ (как у нас «Жить здорово» с Еленой Малышевой и т.п.), где нормы гигиены призваны на помощь сохранения здоровья населения.

В результате разговора с мужем, я так и не смогла заручиться ни его моральной поддержкой, ни обнадеживающей информацией.

Супруг поделился интересными фактами.
Среди ожидающих далеко не только бездетные пары. Часто в службу опеки обращаются и желающие поправить своё благосостояние. Опекун вместе с ребенком получает в придачу привлекательное пособие, которое выплачивается вместе с зарплатой, и существенные суммы на нужды ребенка - одежду и питание. Многие новоиспеченные опекуны бросают работу, ведь на эти деньги в Норвегии можно не работать. К тому же опекун освобождается от уплаты многих налогов, в том числе подоходного, который в Норвегии достигает 50%.

Я слышала от мужа рассказы, что опека над приемным ребенком приобретает масштабы пропаганды. - в торговых центрах можно встретить постеры с изображением детей, призывающих "взять их себе".

В те дни на норвежском ТВ и в прессе разгорелся скандал вокруг индийской пары в норвежском городе Ставангер, у которой "Барневарн" изъяла 2 детей, среди которых был 4-месячный младенец. Муж регулярно рассказывал мне новости, связанные с этой историей. Поведал он и о причинах изъятия детей, преподносимых в норвежских СМИ - женщина была намного моложе своего мужа, вышла замуж не по любви, страдала бездельем и кормила своего сына только йогуртом и рисом и вообще преподносилась как темная особа из неблагополучной, по их мнению, Индии, откуда эта пара и уехала жить в Норвегию.

В российских СМИ эту историю тоже не обошли стороной, только информации было побольше: оба пострадавших от "Барневарн" индийских родителя были геологами, специалистами высокого класса, работавшими в Норвегии по контракту. Супруга и мать имела степень MBA. Оба происходили из благородных семей, а описанные причины для изъятия детей были и вовсе абсурдны: мать кормила новорожденную дочь по требованию, а не по часам; меняла подгузники на кровати, а не на пеленальном столике; дети спали с родителями в одной кровати; трехлетний сын не выглядел счастливым, попав в детский сад, а грустно сидел в стороне от других детей; мать кормила детей с руки, а не ложкой. Этот перечень вызвал во мне недоумение, т.к. живя уже какое-то время в Норвегии и ознакомившись с образом жизни местных норвежцев, а также по рассказам мужа я знала, что норвежцы делают всё вышеперечисленное, а что касается кормления с рук, то на этом настаивали и часто практиковали с нашим ребенком моя свекровь и муж.

В глазах норвежцев Россия - страна крайне криминальная и неблагополучная, в России царит отсутствие свобод, демократии и справедливости. Слова "преступность", "коррупция", "мафия", "нарушение прав человека" чаще всего можно встретить в разговоре норвежцев о России. В таком духе образ России преподносится в норвежских СМИ.
Норвежцы верят, что россияне живут за чертой нищеты. Коллеги мужа были удивлены красивой и качественной одеждой, подаренной мной ему, и говорили, что те факты, что я делаю ему такие подарки и имею возможность ездить за рубеж, говорят о моей принадлежности к русской мафии. Друзья мужа верят, что россияне стоят в огромных очередях за хлебом по карточкам. Муж был поражён изобилием и качеством российских продуктов и делал фотографии в гипермаркете, сетуя на то, что они обделены таким выбором в Норвегии, где скудность ассортимента продуктов есть результат монополии.

Свекр и муж часто подчеркивали неблагополучие России, напоминая мне в каких условиях живут российские пенсионеры и как высоки пенсии в Норвегии. Во время своих приездов в Москву муж часто делал фото плохо одетых пожилых российских женщин, торгующих у метро или просящих милостыню, и делился ими в Интернете. Со временем я стала подозревать, что это было формой высмеивания. Когда я его упрекнула, он с гордостью сказал, что его мать пенсионерка, но в Норвегии у неё нет необходимости работать на пенсии. Он также делал фотографии парковок автомашин на тротуарах и в других запрещённых местах.

При этом муж часто недоумевал, что пенсионный возраст российских мужчин выше, чем у женщин.
Мои попытки объяснить, что физически мужчина и женщины неравны и им даны разные возможности от природы, были непоняты. Пенсионный возраст в Норвегии 67 лет для обоих полов. До недавнего времени граждане Норвегии работали до 62 -64 лет. Родители мужа успели попасть под реформу, обеспечившую им высокую пенсию. По словам мужа, потенциальные пенсионеры более молодого поколения вынуждены работать до 67 лет, и то их пенсия уже не будет столь высока. Здоровый образ жизни норвежцев обусловлен желанием пожить подольше, чтобы успеть насладиться пенсионными благами.

Поэтому Норвегия заинтересована в приросте населения и в будущих налогоплательщиках. Ей важен каждый житель, в том числе дети, привезённые из-за рубежа в результате смешанных браков и иммиграции.

В Норвегии поощряются браки на иностранках, на которые охотно идут местные мужчины, часто не способные создать семью у себя на родине с независимыми и свободолюбивыми местными женщинами, которые не стремятся создать семью и завести детей. А т.к. прибывшее из других стран население имеет сложности с изучением трудного норвежского языка, то этот контингент обречен на непрестижную и низкооплачиваемую работу.
Основная масса иностранок, выходящих замуж за норвежцев, состоит из женщин Таиланда, Филиппин и России. И если первые привлекательны своей покорностью, тихим нравом и заинтересованностью закрепиться в экономически благополучной Норвегии, то русские женщины - сохранившимся в их сознании приоритетом семьи, материнства и уважением к мужу, а также европейской внешностью, которая будет способствовать ассимиляции и скорой адаптации в местном обществе.



Публикации по теме